img _ Симаков
художник Симаков
художник Астролог Симаков
Симаков
   

БЕСЕДЫ ПОД ГРУШЕЙ 3

Печать E-mail

БЕСЕДЫ ПОД ГРУШЕЙ 3

Третья глава. Обольщение змеем. Муж и жена едят запрещенный плод. Змей проклят. Умножение скорби женщины. Земля проклята из-за человека. Изгнание человека из рая.

 

 – Это папа сделал какую-то провокацию. Столько всего. И змея, и выгнали из дома...

 

Нет, я думаю, что в первый день у папы это в планы не входило, у папы все хорошо: садовник есть, за раем есть кому смотреть, тетенька у него есть – за ним смотреть, все вроде бы хорошо.

 

 – Он там странно изъясняется насчет этого дерева, которое запретное. Он спровоцировал.

 

Да, там был такой момент, было такое интересное дерево. И он выступил как провокатор и солгал, первый раз, детям.

 

 – Да, сказал: вы умрете, если отведаете плодов этого дерева.

 

Да, как-то он так поступил ай-ай-ай. Ну ладно, может быть он погорячился, это же бывает. Ну ладно. Может быть он первый раз творит мир, а до этого миллиарды лет ничего не творил, лежал там… Погорячился. Потому что до этого не пробовал, опыта нет. Тем более, общаться с детьми не знает как, не знает, что детям нужно правду говорить и учить их врать своим примером – не педагогично.

 

Дальше. «Змей был хитрее всех зверей полевых», звери полевые. Что значит, полевые? Мы знаем мышей полевых, но чтобы «звери полевые». А лесные звери не в счет? А горные не хитрые? То есть, только полевых был он хитрей, а остальные были похитрей его, получается? «…которых создал господь бог. И сказал змей жене: подлинно ли сказал бог: не ешьте ни от какого дерева в раю?» Вопрос: почему жене? Че это змей к тетеньке сразу подрулил? Он по логике вещей должен был как мужик к мужику подойти и сказать, мол, парниша, ты еще молод, не знаешь здесь всего расклада, твой папа тебя дурит, попробуй этого плода и узнаешь правду. А он почему-то к тетеньке подрулил. Непонятная змеиная логика. Ну да ладно, посмотрим, может дальше будет понятно почему.

 

 «И сказала жена змею: плоды с дерева мы можем есть, только плодов дерева, которое среди рая, сказал бог, не ешьте и не прикасайтесь к ним, чтобы вам не умереть». Отвечает вежливо, не хамит, не говорит «пошел ты, змеище, куда подальше». Три дня отроду, а уже культурная дамочка.

 

«И сказал змей жене: нет, не умрете, но знает бог, что в день, в который вы вкусите их, откроются глаза ваши, и вы будете, как боги, знающие добро и зло».

 

 – На латыни змей говорит.

 

Змей говорит, как надо. «...но знает бог», знает бог, «что в день, в который вы вкусите их», тех плодов, «откроются глаза ваши, и вы будете, как боги, знающие добро и зло». «Боги», во множественном числе. Вот эта спотыкачка в Библии, которую очень товарищи Гундяевы не любят. Ну, просто очень не любят. Потому что какие-то боги существуют где-то, помимо.

 

 – Одного.

 

Одного единого. Ну, он еще не монополист, но претендует на монополию божественности. Как бы тайком от всех себе сварганил что-то. И тут выступает эта спотыкачка «боги». Потому что бог не один. Змей-то об этом знает. Змей у нас же символ мудрости, он знает все. Он знает, что на самом деле за этим стоит. И, естественно, что и бог знает.

 

 «И увидела жена, что дерево хорошо для пищи, и что оно приятно для глаз и вожделенно, потому что дает знание». Здесь интересно, что девушку интересует знание. Ей сподобывается этот плод, потому что он дает знание. Странная логика писавших. Девушка еще в школу не ходила и вообще не понятно, на каком языке она разговаривает, а знания ее уже интересуют. Как она может интересоваться тем, что не существует в ее социальной природе? Да и вообще, как может женщина с точки зрения христиан вообще чем-то интересоваться кроме пеленок, в чем-то быть заинтересована? Ведь бог такую программу ей не вложил. Он сказал: плодись и размножайся. И все! Откуда это у этого искусственного создания? Она ведь буквально генетический продукт, ее бог буквально из пробирки вынул, предварительно поместив туда ребро Адама как генетический материал. Откуда у нее информация о каком-то знании вообще, если бог ее не вкладывал? Следовательно, во время клонирования произошел сбой и девушка перепрограммировалась как-то, получила другую программу, не только программу плодиться и размножаться. Очевидно, именно это и имел ввиду змей, очевидно поэтому он к ней и подрулил, потому как с Адамом, надо полагать, было разговаривать бесполезно, его программа вся его яйцами и заканчивалась. Другое дело девушка-клон, ошибка эксперимента. На нее, надо полагать, змей и сделал ставку.  

 

 «И взяла плодов его и ела; и дала также мужу своему, и он ел». Женщина попала под искушение. В этом кусочке, третей главы в шестом стихе вся философия христианства зарыта отношения к женщине. Женщина соблазнила мужчину, была соблазнена, она слаба. Сосуд дьявольский, в нее всегда может войти искушение. И всегда она опасна для мужика, и вот из-за нее все, все, все. Ай-ай-ай. На самом деле она рассудила логически. Ну, надо попробовать, а чё? А вдруг оно так?

 

 – А надо было у папы разрешения спросить.

 

У нее проснулся научный интерес. Вот через таких женщин потом у нас Кюри всякие рождались. У нее видимо проснулся научный интерес. Она, естественно, как всякий ученый, на себе экспериментирует. Она съела плод – еще жива, и говорит Адаму: на, ешь – я же  еще жива. Он: да, действительно. Она же не заталкивала: ну-ка жри, жри первый. Да? Посмотрим, умрешь, или нет. А он ей: нет, даму вперед, даму вперед. Она не стала змейке заталкивать: «Ты укуси сначала. Укуси, укуси, искуситель окаянный, а я посмотрю, сдохнешь, нет?». Змей такой: нет, не буду, а-а-а! А есть картинка, изображают: змей такой в пасти держит яблоко, ей дает: «О, видишь, укусил, еще живой.».

 

– Да, она смело поступила. А может папа побрызгал чем-нибудь.

 

Рисковая девушка. Ее обвиняют, что вот у нее отсутствие веры. То есть, она не верила отцу небесному, папе.

 

 – Нет, она просто разрешения не спросила.

 

Нет, у нее есть категория веры. Она на слово поверила змею. Легковерная такая.

 

  – Первое явление веры это - она поверила змею.

 

Поверила змею. Первая, как бы сказать, христианка вообще. Не богу, а змею. А почему она поверила змею? Потому, что он сказал ей правду, и она своим женским шестым чувством почувствовала, что змей не врет, а папа врет. Поэтому можно сказать, что это вера, но построенная на интуиции, в данном случае на женской.

 

«И открылись глаза у них обоих, и узнали они, что наги, и сшили смоковые листья, и сделали себе опоясания». В этом стихе выясняется, что папа их наколол. Что действительно, он их обманул. Они, во-первых, не умерли, а во-вторых, это действительно древо познания, что хорошо, что плохо, добра и зла. Это как в стишке: «крошка сын пришел к отцу, и спросила кроха, что такое хорошо…». Съешь плод - и будет тебе плохо.

 

 – То есть, они не умерли.

 

Не умерли. Змей-то сказал: «откроются у вас глаза». И открылись. Одэса, надо было сказать: и действительно открылись глаза. Сэкономили опять.

 

 – Змей-то не обманул, а папа обманул.

 

Да, выясняется, что папа обманщик. Как такому папе верить? Они пошли: «Папа! Мало того, что ты тут нас на пахоту припахал когда у тебя нефти полная планета!..»

 

 – И газа, и угля.

 

И газа, вторая часть. И золота, там, реки по золоту текут. Представляешь, всего полно, а он, идите, навоз колупайте.

 

 – Четверть рая у него из золота.

 

 Да. Остальное сапфиры всякие.

 

 – Да, и сколько лет они бы пахали?

 

Нет, ну представляешь, у людей полный конфуз. Ну, первое что они увидели, что не хорошо, что они…

 

 – Абсолютно голые.

 

 Да, колбасками трясут. Ай-ай-ай! Они раз – листики, ну больше же ничего не было.

 

 – А листья из чего? Смоковницы? Что это за листья?

 

Это же в раю! Там вот такая большая райская смоковница, листьища! Нормально было. Но главное, что они «сшили смоковные листья», а чем они шили, где они взяли иголку?

 

 – К тому же, они познали еще и прелесть мастерства.

 

Все! У них глаза открылись… Они теперь знают все, и технологии.

 

 – Шитье – вторая профессия.

 

И все-таки, где они взяли иголку? Листья вот растут, но где они взяли иголку. Иголка вообще-то высокотехнологический гаджет и просто так его ниоткуда не возьмешь. Ну, допустим, это не металлическая игла. В древности были иглы из костей рыб. Ну допустим они нашли скелетик рыбы, ну допустим взяли кусочек. Но ведь надо ж было догадаться дырочку проделать. Хорошо, допустим, девушка у нас умная, догадалась. А чем дырочку проделать в  кости? Тут уже нужна железячка. Ее негде взять. К тому же, нитка. Примитивные народы использовали жилы животных или веревочку из травы. Но это опять сложный технологический процесс. Где они взяли нитку? К тому же листья надо было как-то раскроить. Нужны были ножницы. Или они зубами рвали? Или змейка сказал: сейчас я вам поднадкусываю ровненько, чтобы ваши пиписки вас не смущали. В общем, очень проблематично все с самого начала. Еще ничего не произошло, а уже куча вопросов к автору.

 

 – Короче, произошла перезагрузка их, когда они съели.

 

 – У них появились моральные категории.

 

Вот. У них загрузились морально-этические категории, категории цивилизации, нравственности. Категории выбора. А до этого у них выбора не было. И загрузили им файлы технологические. То есть, познание. Древо познания, неважно, добра и зла, главное, что это познание. Это - технологии. А до этого у них ничего этого не было. Ну, зачем садовнику какие-то категории? Иди таскай, обрезай, мешай навоз и все. И как только они это сделали - сразу же! А папа на стреме такой. Змей из-за одного дерева, а папа из-за другого выглядывает.

 

 – Змей наводчик, а папа организатор подставы.

 

«И услышали голос господа бога, ходящего в раю во время прохлады дня; и скрылся Адам и жена его от лица господа бога между деревьями рая». А господь ходит, насвистывает: але, деточки, вы где, вы там не в фиговых листочках случайно? В «прохладе рая», значит, таки ему жарко было. Значит таки папа потели. Значит таки у папы есть потовые железы. Значит папа не астральный субъект, а что ни на есть материальный. Там 37 в тени, а в раю прохладно, там кондиционер такой работает божественный, все хорошо. Фонтаны работают надо полагать на электричестве, но конечно на божественном, беспроводном по Тесла-технологии. Он себе ходит такой. Они слышат, как папа гуляет: о-о, надо от папы ховаться, а то мы же тут ослушники получаемся. Папа нам запретил, а мы надкусили таки. Папа может сильно на нас наругаться. Лучше спрятаться от папиного гневу, пусть остынет старичок.  

 

«И воззвал господь бог к Адаму и сказал ему: где ты?». О, а папа всезнающий якобы не знает, где Адам, но знает, что он надкусил уже, и как в игре в прятки: где ты, сынок? Но самое странное, почему он спрашивает Адама? Он же должен спрашивать жену, она же зачинщица. Что он сразу на Адама? 

 

 Он сказал: «голос твой я слышал в раю, и убоялся, потому что я наг, и скрылся». Странные слова говорит Адам. Во-первых, почему он сразу говорит, что он наг, хотя он в фиговом листке? Совсем не наг. И почему именно сразу про это речь? Какое это имеет значение для папы? Он его всю дорогу только голым и видел, поэтому ответ Адама очень странный. Одэса, что вы там повернуты на этой гольности, у вас такие прекрасные нудистские пляжи?

 

 И сказал (бог): «Кто сказал тебе, что ты наг? Не ел ли ты от дерева, с которого я запретил тебе есть?». Такой, сразу, раз, нашипился. Что-то Адам не то, что положено говорит.

 

«Адам сказал: жена», вот, сволочь, а?, вот все мужики такие, «...жена, которую ты (ты!) мне дал»!, «она дала мне от дерева, и я ел».

 

 – А чего же ты ел? Бедняжка. Заставляли?

 

Он такой, выставил себя, жертвой.

 

 – Папенькин сынок и еще и подкаблучник, Адам.

 

Не, он папу обвиняет. Он говорит папе: жена, которую ты мне… Она дала мне. Типа, ты же дал жену, я должен был слушаться, и вот такое. Круто стрелки перевел, научился мгновенно. А до этого ходил – чайник чайником, лохом, дурак дураком. И тут сразу – раз! Ловчит, сразу крутит, понимает, что надо делать. Вот что значит укусил правильного плода. Выходит змейка молодец, в один укус из дауна сделал умницу.

 

«И сказал господь бог жене: что, ты это сделала?» Жена сказала: «змей обольстил меня, и я ела». А она перевела стрелки на змея. Ну, понятно, с папой тяжело: змей обольстил меня. Змей, красавчик, у него такой хвостик, он так глазки строит, такой обаяшка.

 

Папа, конечно, начинает закипать: «И сказал господь бог змею: за то, что ты сделал это, проклят ты перед всеми скотами и пред всеми зверями полевыми; ты будешь ходить на чреве твоем, ты будешь есть прах во все дни жизни твоей».

 

 – А до этого он на лапках ходил?

 

На лапках видимо. Ну, я думаю, что лапок у него должно было быть много, потому что он длинный. Но тут интересная фраза, что он будет есть прах. То есть змей станет падальщиком. Такой ползучий гриф, ворон такой на пузе. Что-то мы это в природе не замечаем. Змейки мышек, лягушек трескают, но чтобы трупики обвивали, такого в «Дискавери» не показывает. Представьте себе телевизионную картинку по «Дискавери»: большой вздувшийся труп в Африке какого-нибудь бизона, а по нему ползает клубок в штук тыщу змей, и поедают его и снаружи, и изнутри. Нереальное видео. Тут прокол, товарищ Гундяев, или опять в Одэсе что-то напутали.

 

«...и вражду положу между тобою и между женою, и между семенем твоим и между семенем ее; оно будет поражать тебя в голову, а ты будешь жалить его в пяту».

 

 – Это он змею говорит?

 

Да. Вот вам за то, что, вы тут сотворили, и ты хотел тут к ним подмазаться, в дружбаны набивался, оказал им услугу, за это я тебе, конечно, испорчу всю твою дальнейшую жизнь. Между вами не будет никакой дружбы. Молодец! Мы же не можем без напряга, не получается. Но здесь интересна мысль, что он говорит «жене». Не какая она Адаму не жена, она обычная сожительница. Они же церковным браком не венчались, в ЗАГСах не расписывались. Он должен был сказать: твоей полюбовнице, твоей тетеньке. А то - жене. Никакая она не жена.

 

«Жене сказал: умножая умножу скорбь твою в беременности твоей», оппаньки, наконец-то на тетеньку накинулся и сразу по самому сокровенному, по самому изначальному. Причем по своей же программе режет. Из этого надо полагать изначально бог хотел, чтобы тетеньки рожали как рыбы, легко. Но тут в гневе передумал. Причем как еще накажешь тетеньку? Имущества у нее нет, квартиры у нее нет, дачи нет. Ничего у нее нет, брюликов нет. Есть только рожание, которое только и можно что как-то задействовать в наказательном моменте. 

 

«...умножая, умножу скорбь твою в беременности твоей; в болезни будешь рождать детей; и к мужу твоему влечение твое, и он будет господствовать над тобою». Такой похотливой самкой сидеть. А до этого она нормальная была тетенька. Стыд у нее был. Увидела пипиську у мужика – застыдилась. А теперь если она будет видеть пипиську… Короче, сексапильность тетенек это – божие наказание. Значит, это наказание божье, он же наказывает. Наказывает сексапильностью. Тетенька такая: «Яволь! Будем: рожать, будем сексапильны, будем конкурсы красоты устраивать.» Да? Научимся всяким таким делам. К тому же, в болезни рождать детей – это не просто наказание. Это вообще-то порча потомства, так как в болезнях рожденный ребенок навряд ли будет здоровый. Ну ладно девушку решил наказать, а будущие поколения в чем виноваты-то?

 

«Адаму же сказал: за то, что ты послушал голоса жены твоей и ел от дерева, о котором я поведовал тебе, сказав: не ешь от него». А чё тут, чё закончил? Надо закончить мысль: а то умрешь! А то он получается ничего толком ему не сказал ни в начале, ни потом. И сразу карать. Понимаете, бог хитрый. Не ешь от него, запятая, а то умрешь. А Адаму нужно было сказать: что ты сказал, что я умрешь, а я не умер, ты же наврал, как тебе верить? Адам молчит, такой. Вообще, молчит.

 

 – Он тормоз такой.

 

Он уже не тормоз. Змей же сказал: вы съедите, будете, как боги. Он уже знает устройство Мира. Устройство Мира, это – познание, что есть хорошо, и что плохо. Он уже по уровню своему, как папа. А до этого он был как киборг с одной программой: копай в раю. А теперь у него такая, усиленная программа. Вот теперь он молчит, и сам про себя думает: а чё ты не договариваешь, не ешь от него, не ешь, а то умрешь. Вот, про себя так.

 

 – Глаза на папу открылись.

 

Конечно открылись. Папа теперь не такой красавчик. Мальчик вырос сразу, как только укусил. А так, про жену думает, ну хорошо, хоть будет сексапильной. А то ходила – дерево деревом, на письку даже не посмотрит. Смотрит и даже не стыдиться. А тут – ого, даже хорошо!

 

 – Жизнь налаживается.

 

Жизнь налаживается. Змей – молодец.

 

Адам думает: «А ты мне чё сказал? Садовником здесь быть? Тому предыдущему обещал весь мир, а меня загнал в садовники.»

 

А дальше. «…не ешь… Проклята земля за тебя»

 

 – А земля-то зачем?

 

А земля вообще здесь ни причем, вообще все в раю происходит. Проклят рай за тебя, допустим, да?

 

 – Ну а причем это все?

 

Не знаю причем. Ну, папу несет. Видишь, он творческий чувак, это его несет. Тетенек забывает, то забывает, врет на каждом углу.

 

 – Нет, он просто наехал на него, гнев выливается. Слово вставить некуда. Раздача идет всем. Ну и землю.

 

Да, он землю, это будет земля за тебя.

 

 «…со скорбью будешь питаться от нее во все дни жизни твоей». Человек. Со скорбью. Ну, то есть будешь копать, добывать есть. А человек сидит такой: «Ага, а я технологии знаю. А я знаю, как сделать трактор. Я не долго буду питаться так. Сейчас я изобрету огонь, потом колесо. Потом электричество. А папа об этом не знает.» Он же как бог уже, поэтому тот его мысли читать не может. Теперь у него другой компьютер. До этого у него был компьютер а-ля войдите, а сейчас божественный мозг.

 

 – Просветилась сознание у него, короче.

 

Папа такой злой, конечно! Ничё себе, он создал такую игрушку себе, чтоб не скучно было. Он гуляет в прохладе в раю и есть с кем потарахтеть. Ну, он там ходит в прохладе: але, Адамчик, иди, потарахтим о моем величии! А Адамчик: не могу, я голый и ты голый. А тот: я не голый. А чё это ты не голый? То есть, потарахтеть-то не с кем. Он такой выходит: у-у! А было так: отложи лопату, пойдем, потарахтим; потом: бери лопату, иди работай, а я пошел мыслить о великом. Величие, такое, да? С садовником хозяин. Вышел такой, покурить, ну, там, подойди, да, я бы тоже пошел в садовники, но – бизнес, вселенную, мир надо спасать! А тут такой казус, змей приполз. Ну кто поверит, что всезнающий бог не ведал, что змейка приползет. Если не знал, значит не всезнающий. А если знал и допустил – значит падлюка, изначально хотел извести человека из рая. Может он ему не приглянулся, плохо работает, спит много в тени, ест много? Хоть и вегетарианская пища, но жалко наверное стало яблочков райских.

 

Короче, мы видим, что Адам стоит здесь себе на уме. У него уже большой компьютер в башке, считается, все уже знает. Папа ему втирает. А мальчик стоит такой: «Ну, ну! Гони, гони». Все! Как в народе говорят? Единожды солгавший… Никто не поверит. Один раз солгал, и человек не верит, нет смысла верить.

 

Значит, папа его шугает, а Адамчик стоит такой: «Хи-хи.» Но что женщина это Ева – нигде не сказано. Это просто жена.

 

«…тернии и волчцы произрастит она тебе» - земля. И волч-цы! «…и будешь питаться полевою травою». Ну, то есть вообще, даже яблочка нельзя будет укусить. Не, не салат. Салат нужно с маслом. А сынок думает: «Я знаю все травы лечебные. Я добуду масло, налью, будет вот такой салатик!». Да, питаться травою, да, масло же тоже из травы.

 

 – Адам стоит и поддакивает.

 

Да. А бог не может уже ему в мозги влезть, теперь и у Адама ведь божьи мозги.

 

«…в поте лица будешь добывать хлеб свой, доколе не возвратишься ты в землю, с которой ты взят, ибо прах ты, и в прах возвратишься.». То есть, богу невдомек, что человек собственно говоря не собирается заниматься земледелием, обладая такой мощной потенцией. Он почему-то думает, что Адам кинется возделывать эти дурацкие волчцы-репейники. Как-то во всем этом монологе бога чувствуется такое отчаяние. Только от отчаяния можно вот так человека унизить, наговорить ему в сердцах всяких гадостей. Причем, совершенно не понятно, искренен бог в этот момент или нет.

 

 – А правда ведь, он лишил его бессмертия?

 

Он в раю мог быть бессмертным, просто от дерева жизни ел бы. А тут папа задумал его кышнуть и заодно лишить бессмертия. Ему же не было запрещено есть с древа жизни, следовательно и бессмертие не было перед ним закрыто. А теперь все, извини, какое бессмертие.   

 

 «И нарек Адам имя жене своей: Ева что значит - жизнь ибо она стала матерью всех живущих». Одэса, всех живущих людей. А то получается, всех живущих, кого?

 

 – Мышей тоже?

 

Ой, Одэса, экономите. Но только вставка непонятна. Господь еще не закончил. Вы не перебивайте господа, Одэса! Это можно было и в конце сказать. Мы наслаждаемся божьим гневом, а вы тут… Это надо было вначале сказать, где он там, раз – взята от мужа, станете одной плотью. И нарек… Надо было вот отсюдова. А нарек Адам… Вот это вот из второй главы, чего вы сюда вдернули?

 

 – Это временный служка-переписчик.

 

Ага. Дальше.

 

«И сделал господь бог Адаму и жене его одежды кожаные и одел их». Где взял? Убил зверька? Что за кожа? Кожа латекс? И как это происходило? Постойте здесь, сейчас схожу убью сусликов, выделаю кожи и сделаю вам одежонки? Или опять по божьему велению, по божьему хотению опаньки из воздуха - и у нас правильный прикид? Здесь вообще-то гринписовцы должны возмутиться, потому как живодерня налицо первая во всей Вселенной, так как хищников нет, никто никого не ест, все вегетарианцы, как мы помним. А бог р-раз – и одежды кожаные. Наверное они был синтетические, иначе уж как-то совсем крамольно собственные правила нарушать. Тетенька: «Мне посексапильней, латекс, садомаза, такой. Кепочка чтоб такая, шортики.» Мужик: «И мне – садомаза». Это же картина. Дерево, бог и змейка такой офигевший, лапки отвалились, и стоит Ева в сексапильном садомаза.

 

  Сам бог сшил.

 

Да, а лейба «Бог», не «Армани» какой-нибудь. И Адам стоит такой: кожанка, кепочка, шортики, цепи такие. О! Для жизни готов.

 

«И сказал господь бог: вот, Адам стал, как один из нас».

 

 – Из кого, из нас?

 

Из богов. Вот он признает, наконец. «Вот Адам».

 

Дальше господь говорит: «Вот Адам стал, как один из нас", то есть один из богов. Это спотыкачка такая очень конкретная в Библии. Все попы страшно (Гундяев, да?) не любите это место, оно вам так не нравится. Вы так его избегаете, боитесь, что вообще обратит внимание кто-нибудь на это. Потому что выясняется, что бог признает, что их (нас), богов много, и он один из них, а теперь и Адам. Раз он один из нас, значит, я один из них. Ну, такой, самый хитромудрый. Тут себе чего-то навертел в отдельно взятой Галактике, да? А те остальные пока не знают. Узнают, они его спросят: «Чего тут навертел? Кто тебе поручал?». Должен быть совет. Если один из нас, да? Если есть группа, то есть и старший. Значит, он не старший раз сомневается, а там есть еще кто-то, который спросит: «А ты чего, вообще? Мы тебе «добро» не давали. Чего нам теперь с ним делать? Теперь это кто-то – один из нас.» «Ты стал один из нас». Чего теперь ждать? Он: да я их все уже, нейтрализовал.

 

«… зная Добро и Зло, и теперь, как бы не простер он руки своей, и не взял также от дерева жизни, и не вкусил, и не стал жить вечно»!

 

Тут, конечно, прокол змея. Змей должен был сначала дать ему плод вечности, и тут же закусить плодом познания. И тогда бы у бога была бы большая проблема.

 

 – На всю его божескую жизнь.

 

На оставшуюся вечную божескую жизнь. Тогда бы, девушка сказала: сделай меня сексапильной, теперь мы будем размножаться, бессмертных будем рожать и потесним вас, богов. А боги-то не могут размножаться. То есть, вот этот двадцать второй стих очень крут по части того, что бог признает, что он не один. И признает, что есть еще опасность, которая может исходить от людей, если они съедят, станут жить вечно и пополнят сонм богов, при условии, что могут размножаться. И тогда богам будет очень тяжко, и тогда кто они такие? У них же одно преимущество – бессмертие. А убери это преимущество – все, обычные смертные. Их тогда кышнут вообще.

 

 – Он этого испугался.

 

Конечно, он этого испугался. «…и теперь как бы не простер руки своей». То есть, он не может ему запретить. Вот, бы он догадался – конец нам. «как бы не простер руки своей». Вот он сейчас побежит.

 

 – Потому и выгнал.

 

Конечно.

 

«И выслал его господь бог из сада эдемского, чтобы возделывать землю, с которой он взят». Он выслал его не потому, что они согрешили. И не потому, что они съели. Причина, по которой бог выгоняет потому, что они могут стать конкурентами ему и им всем богам.

 

 – Адам возвысил свой статус резко.

 

До их уровня. И ему не хватало только бессмертия. То, над чем человечество бьется. Мы развились уже благодаря этому апгрейду. Почему я и говорю, что у нас тело обезьян, животная система свиная, электричество крысиное, а мозги инопланетян. Мозг неземного происхождения, ну нет таких мозгов. Мы - такой симбиоз. И откуда этот мозг взялся, никто не знает. Раз, в один момент – и появился. И вот, чтобы, не дай бог, не дай я, господь бог говорит «Не дай я», он не стал бы нам конкурентом, надо с ним что-то делать. И он выслал его из Эдема. И грех не в том, что Ева съела плод, не в том, что они увидели  себя обнаженными и застыдились.

 

А церковники все передергивают. Товарищ Гундяев, видно вы учитесь у вашего же бога лгать? Молодец! Хороший ученик. Ну, книжку вы нам оставили, мы теперь можем по честному самостоятельно без вашего лживого гундения тут разобраться. По правде,  выслан был человек из рая по причине того, что он может обессмертиться. И тогда все эти преимущества: знание добра и зла, знания меры всех вещей, бессмертия и вытекающее из этого всемогущество перестает быть исключительным правом так называемых высших существ. Все остальные не знают меры вещей. Какие меры вещей знают, к примеру, насекомые или рыбы, или такие любимые богом гады ползучие?

 

 – Да, гордился бы: вот, я бессмертного создал. Нет, он боялся конкуренции.

 

 – Человек бессмертный может размножаться, и может нарушить некую систему, гармонию, которая существует между богами.

 

А мы не знаем, существует ли там гармония. Мы не знаем, есть ли там равновесие. Может и нет, об этом ничего не сказано. Просто там есть какое-то количество каких-то существ, которые, мы выясняем, называются богами. И они бессмертны, и они знают меру вещей, то есть, или суть вещей. Суть вещей – здесь они переводят, что такое добро и зло как Меру вещей. Чтоб не переходить меру, чтоб не стало плохо. А мера вещей  - можно сделать в химии, да? можно сделать в материалах, в физике, да? Или в силе, в энергии. Мера вещей может в слове выражаться, в предложении, можно писать. Вот это все – мера вещей. Это знание меры вещей дает сумасшедшую власть над Миром. Знаешь меру вещей – это значит, что знаешь устройство Мира, можешь его переделывать под себя. Сначала – обычный Мир, а потом можно любой Мир переделывать, потому что ты знаешь как. А так как у тебя впереди вечность, потому что ты бессмертен, ты можешь спокойненько, не спеша этим заниматься, без проблем. И переделывать, и переделывать, и переделывать Мир под себя. А так как они, судя по всему, каждый захватил себе часть какого-то космического пространства (мы не знаем, какого), и под себя его рулил (ему же никто не мешал, потому под себя его и рулил), то, вероятно, они между собой договорились, и вдруг – бах! Вторжение человека. И теперь – угроза могла бы быть для них. У человека есть все права на всю Вселенную или Вселенные, не суть важно, потому что он сотворен по образу и подобию богов, то есть такой же по конструкции и по структуре и теперь знает ху из ху в этом мире. Ему не хватает только бессмертия, ну чтобы вечность завоевывать вечно. А они у него это право отобрали, оставили его исключительно за собой, хотя человек, исходя из этого текста, абсолютно полностью идентичен им, кроме бессмертия. И самое интересное, что этот абсолютно идентичный человек был сделан для того, чтобы просто обихаживать сад. Это как компьютером гвозди забивать. Но, у человека оказывается все права на Вселенную. По праву богоподобности. Ну а бессмертие мы добудем, наука над этим бьется. Ну и спросим с них по полной, что называется. И самое интересное, что могло бы быть, не проколись так змей, эти мы бессмертные, в отличии от богов, еще бы и размножались. То есть, нас становилось бы все больше и больше, а их, богов, все меньше и меньше, и в конце концов мы бы, конечно, их извели.

 

«И изгнал Адама, и поставил на востоке у сада эдемского херувима с пламенным мечом, обращающийся, чтобы охранять путь к дереву жизни». На всякий случай у ворот сада поставил охранника с мечом огненным, если вдруг он сунется – руби.

 

 – Да, вдруг он придумает, как придти.

 

Ну, так он когда-нибудь допрет, что надо идти, но пока он в ступоре. Такой объем информации закачался в него сразу, что просто переваривает эту информацию, еще не готов к действию.

 

 – Надо прорваться ко второму дереву.

 

Понимаешь, мы все богаты задним умом. А может ему было трудно из почти зверушки превращаться даже не в человека, а в бога. И он еще не успевает, химия не успевает это переварить. Но, папа понимает, что если быстренько что-нибудь не предпринять, то Адам успеет сообразить и надкусить второй плод, дарующий бессмертие. Если еще ночь поспит в Эдеме, то утром ощутит, что ему не хватает, и тогда – все. Все, тогда уже папа - кыш пошел.  

 

Итак, обобщаем. Из всего текста мы поняли, что из рая Адам выгнан по причине его возможного бессмертия, а не потому, что он там ослушался бога, что он там голый... Это все отмазки одесские. Еще мы выяснили, что бог тут врал везде на каждом углу, несдержан, гневлив, скор на расправу, жесток. Ну и получил еще одну уголовную статью, потому как лишать несовершеннолетних права на жилище запрещено уголовным кодексом, так как его без году неделя созданные детишки совершеннолетними считаться не могут. Ну и что, что у Адама эрекция? Он все равно не 16 лет в раю живет, а пару дней. Ну и мы еще выяснили, что змей не такой уж и мудрый, потому как один плод он догадался предложить людям, а второй – нет. И мы выяснили, что начинать надо было бы с первого плода. Сначала бессмертие, а потом мудрость.

 

 

 
« Пред.   След. »

 
Реклама
художник и астролог  Симаков
_
х х х